Главная > Разное > Аэродинамика. Избранные темы в их историческом развитии
<< Предыдущий параграф
Следующий параграф >>
<< Предыдущий параграф Следующий параграф >>
Макеты страниц

Ланчестер и Прандтль

Человек, который придал современной теории крыла ее реальную математическую форму, был одним из наиболее выдающихся представителей науки механики, и особенно механики жидкостей и газов, всех

времен, этот человек — Людвиг Прандтль (1875-1953). Он был моим учителем в Геттингенском университете; я был его ассистентом. Его огромный вклад в механику жидкостей относился к области теории крыла и теории пограничного слоя, о чем я расскажу в следующей главе.

Прандтль, инженер по специальности, был одарен редким умением понимать физические явления и необычайной способностью излагать их в относительно простой математической форме. Его владение математическими методами и приемами было ограниченно; многие из его сотрудников и последователей превзошли его в решении трудных математических задач. Но его способность составлять системы упрощенных уравнений, которые выражали существенные физические зависимости и опускали все ненужное, на мой взгляд, была уникальной, даже при сравнении с его великими предшественниками в области механики, людьми типа Леонарда Эйлера (1707-1783) и Даламбера. Он очень много получил во время обучения в Мюнхене под руководством Августа Фёппля (1854-1924). Сам Фёппль проводил новаторские исследования, чтобы свести вместе прикладную и теоретическую механику. Позже Прандтль стал зятем Фёппля, следуя доброй немецкой академической традиции. Есть поговорка, я не знаю, кто ее автор: удивительно, как часто научный талант в Германии передается по наследству от тестя к зятю, а не от отца к сыну!

В литературе некоторое время шла дискуссия о том, что в развитии современной теории крыла поставить в заслугу Ланчестеру, а что Прандтлю. Ланчестер в конце жизни действительно испытывал горечь, так как чувствовал, что его вклад не был в достаточной мере признан. Все говорили только о «вихрях Прандтля» и «теории крыла Прандтля». Я помню, что Ланчестер приехал в Гёттинген задолго до того, как Прандтль обнародовал свою теорию крыла, в то время я был там аспирантом, и объяснил многие идеи, которые опубликовал позже. На этих дискуссиях присутствовали как Прандтль, так и Карл Рунге (1856-1927), и они узнали из них очень многое. Рунге был профессором прикладной математики в Гёттингене и выступал в качестве переводчика, потому что ни Ланчестер, ни Прандтль не знали родной язык друг друга. Некоторые чувствовали, что Прандтль в своих публикациях не высказал должного признания Ланчестеру в том, что касалось приоритета некоторых идей.

Многие великие люди, обладающие воображением для разработки систем идей для себя, разделяют слабость, забывая указать, откудг пришло первоначальное вдохновение. Например, этим отчасти, по-видимому, страдал сэр Джозеф Джон Томсон (1856-1940), великий английский физик. Его ученик и друг, сэр Френсис У. Астон однаждь сказал мне, что было очень забавно рассказывать Томсону что-либо новое. Если вы высказали ему идею в среду, то он качал головой; по четвергам он снова бы ей не поверил; но в следующий понедельник он бы пришел к вам и сказал: «Послушайте, дело в том, что...» Веле; за этим, он предлагал обсудить ту же идею, о которой вы ему уже говорили ранее, закончив: «Ну теперь, вы понимаете задачу?»

Активному и творческому уму очень тяжело запомнить, где он прочитал или из какой беседы пришло первое вдохновение. Поэтому j уверен, что Прандтль никогда не ощущал, что он не высказал должного признания работам Ланчестера. Возможно, ему самому было неяснс сколько элементов теории, разработанной им с таким большим успехом, уже содержалось в работах Ланчестера. Прандтль коснулся этог темы по случаю чтения лекции в память Уилбера Райта в 1927 году i Королевском обществе по аэронавтике [7]:

В Англии вы называете ее теорией Ланчестера-Прандтля, и это справедливо, потому что Ланчестер независимо получил важную часть результатов. Он начал работать над этой темой раньше меня, и без сомнения это заставляет людей думать, что исследования Ланчестера, так как они изложены в его «Аэродинамике» в 1907 году, привели меня к идеям, на которых основана теория крыла. Это не так. Необходимые идеи для построения этой теории, насколько эти идеи содержатся в книге Ланчестера, уже приходили мне в голову до того, как я увидел книгу. В подтверждение этих слов, мне хотелось бы обратить внимание, что, в сущности, мы в Германии лучше поняли книгу Ланчестера, когда она появилась, чем вы в Англии. Несомненно, английский научный мир следует упрекнуть за то, что он не обратил внимания на теории, изложенные соотечественником, тогда как немцы их очень внимательно изучили и извлекли оттуда значительную выгоду. Однако правда заключается еще в том, что за ходом рассуждений Ланчестера очень трудно проследить,

поскольку он предъявляет очень большие требования к интуитивному восприятию читателя, и мы смогли сразу понять смысл книги Лапчсстсра только потому, что работали в аналогичных направлениях. Однако в то же время я желаю быть ясно понятым, что во многих конкретных отношениях Ланчестер работал по отличным от нас направлениям, направлениям, которые новы для нас, и поэтому мы смогли почерпнуть много полезных идей из его книги.

<< Предыдущий параграф Следующий параграф >>
Оглавление